Как мне завод помогал

Обижаться на свой завод я не могу. Я здесь прожила всю жизнь, проработала и воспитала двоих детей. Слава Богу, выросли дети. Это самое главное у меня. В пионерлагерь отдавали, путёвки давали и социальные услуги давали. Когда у меня муж умер, я не знала, что делать, а ко мне просто председатель цехового комитета пришёл, где муж работал, сказал: «Не беспокойся, Тамара, мы тебе поможем». И определили детей в ясли. Сыну было три месяца, когда я понесла его в ясли, а старшему было два с половиной года. Тоже в ясельки ходил до трёх лет, а потом его автоматически перевели в садик. Так что ходила кормила его, час давали на кормление, я его делила пополам, два раза бегала кормить в ясельки до шести месяцев, а потом кормление отменили. Ну, ничего, всё прожили, слава Богу, всё нормально. Я очень благодарна, что я прожила, проработала здесь. Я больше ничего не могу сказать, только благодарю Бога, что я выжила. Мне так было тяжело, потому что дети были ещё маленькие. Одного бежишь в ясли несешь, другого – в садик. А ведь работа есть работа. Прибегала иногда просто впритык. Приедешь туда: «Вот вы всегда опаздываете». А как тут не опоздаешь? У меня же нет своей машины. Я жду, пока автобус, пока метро. Но, конечно, я работала честно, добросовестно. И портреты мои были часто повешены, как передовой работницы. Портрет висел и в парке возле горкома. У нас был горком в парке раньше, там на площади выставляли эти портреты. Трудилась, мне нужно было детей растить всё время. Стараешься и себе заработать, и по-честному работать. А когда давали клеймо, я свою продукцию сама отправляла, потому что я работала на честность, старалась проверять, чтоб хорошим всё было. А потом уж, когда мне тяжело стало, перевели контролёром работать. Я работала там же, в этом же цехе, только проводила контроль деталей, которые остальные рабочие делали. Полностью отработала 46 лет. И сократили уже нас, всё. Ну, хорошо, что сократили, а то бы я, наверное, ещё осталась работать, не ушла. Пока ноги таскали, всё ходила бы.