Телефонистов обязательно два должно быть. И на телефоне два и было. Только обязательно одна женщина, потому что легче было женщину держать второй. Потому что мужчин не хватало. А тогда, когда женщина сидит, на все вызовы, там где стреляют вовсю, мог бегать только мужчина. А украинский чернозём: засунешь одну ногу – по колено лезет, а другую из такого же состояния вытаскиваешь. И вот я лезу, и наступает у меня состояние такое – прострации, что ли, ну безразличия. И вот я вытащил одну ногу, а другая настолько же в чернозёме украинском утопает. Но я преодолевал эти трудности. А со стороны немцев всё время бросали мины. Они рвались, но этот огонь по мне был, но они не прицельные. И они рвались, конечно, не так близко возле меня. А потом, когда украинский чернозём, уже утонули в грязь, там разрывались.