9 мая 1945 года я со своего автомата салютовал на Балтийском взморье победе над фашизмом. Сказали: «Всё, будем теперь мирно жить», но нам долго этого не обещали. Через пять суток нашу 39-ю армию погрузили в эшелоны в Инстербурге. Многие думали, что поедем на Парад Победы в Москву. Но те, кто разбирался больше, говорили: «Зачем же кухни? Зачем же обозы?» Нам сказали: «Сегодня празднуем победу, а завтра марш-бросок в Инстербург, погрузка и на Дальний Восток». По книге, которую я читал, на Ялтинской конференции решили, что будет открыт фронт на Востоке, и Россия объявит войну. Нам сразу сказали: «Василевский будет командовать тремя фронтами». Малиновскому сказали: «Ты воевал в Карпатах, теперь оседлай Хинган. Перед тем, как оседлать Хинган, 400 километров в монгольской степи». Я до сих пор удивляюсь, три армии высадились в Тамцак-Булаке, монгольская степь, ни деревца, ни кустика, две эскадрильи самолётов, и никто бы никуда не пошёл. Почему? Наша авиация всё время была на крыле. В случае чего, не дать ни одному самолету прорваться до этой массы трёх армий: танки, «Катюши», артиллерия, живая сила. Японцы проворонили это.