Ну, и питались мы также голодно. Понимаете, мы, когда чистили картошку, у нас было два блюда: сначала суп, потом картофельные очистки, которые тоже мыли и готовили с чем-то. Но главное, всё было чистое, без химикатов. Может быть, поэтому мы и долгожители. Для того чтобы приготовить, что я умела делать – мыть полы в жандармерии, окна мыть. Там только одна женщина была – жена начальника жандармерии, приятная женщина. Если мы с Фримой убирали ей хорошо комнату, она нам делала подарки, давала по кусочку мыла, а это было на вес золота. Чтобы согреть воду, нужно было пойти в лес, наломать хвороста, связать вязанку и притащить на хрупких плечах. Вы говорите, холодно было, да, и в гетто, и там. Теперь вспоминаю – да, было всё время холодно. Надо было вылезти из-под одежды, потому что чем топить. Когда мы жили в гетто, все заборчики пошли на растопку, люди отапливали, чтобы приготовить пищу, а не для обогрева.