Вот в этих частях, в тех действующих, там, конечно, условий никаких не было, тем более для женщин. Для женщин. Вообще никаких условий. Но и тем не менее и я, может быть, благодарна даже командиру нашего полка. Он не признавал, мы девчонки или мальчишки, ему все были одинаковые. У нас три девчонки в полку было радиста. Мы также это, ходили… В наряд ходили. В наряд, в караул также. Также другая работа, если нет радиостанции, – раненых таскали. Я раненых дважды возила в прифронтовой госпиталь, уже знали, такое вот. Очень много случаев на фронте было, когда и выполняла не свою работу, и было трудновато. Трудновато, но никогда никто не жаловался. Я была моложе всех из полка вообще. Это мне исполнилось 17 лет, мы уже были в боях. И секретарь комсомольской организации подарил мне трофейный пистолетик, подарочек такой сделал. А я моложе всех была, так меня все берегли. Ну. так и наши тоже, я как раз батареей командовал: «Беречь, Аню беречь. Она у нас одна радистка». Это мы вот, 2 с половиной года была, это в 19 лет я демобилизовалась.