Учёба в школе

Школы не работали первый год, так что никакого обучения, ничего, было такое домашнее сидение. А школы открылись через год. Я училась в 21-й школе, это школа на улице Плеханова, 7, недалеко от Невского проспекта. Школа, это старинное здание очень, там высокие потолки, огромные были классы, и мы приходили тоже в класс, в котором холодно было, потому что техничка не могла согреть, это тоже были печки, когда она все классы обойдет и согреются классы, так что в очень холодное время сидели в валенкочках, в пальтишках, в шапочках, но учиться продолжали. И были обстрелы, были и воздушные тревоги, всё. Нас учителя водили в бомбоубежище, ну, это как бы бомбоубежище чисто символически. Это подвал был, обычный подвал, где стояли скамейки. И вот мы сидели там около учительницы. Она или урок продолжала, или что-то нам рассказывала, отвлекая нас от таких тяжелых, грустных мыслей. Ну, в школе, значит, несмотря на тяжелое очень время, нам в школе давали завтраки. Завтрак был такой: каша из чечевицы, но это была не каша, а размазня, несколько там крупинок, немножко чая и кусочек булочки. Вот это был завтрак. Ну, с каждым годом всё, конечно, постепенно улучшилось-улучшилось. Детям делали праздники. И, наверное, самые большие такие праздники, которые остались в памяти – это когда нас принимали в октябрята, был хороший большой зал, и когда нас принимали в пионеры. Вот так, что школа у нас связана с октябрятами, мы были пионерами, а после школы, когда мы учились в институте, мы уже комсомольцами стали. Причем, несмотря на тяжёлое время, когда блокада более-менее ослабла, школа начинала с 9 часов работать, а нас заставляли приходить без четверти девять, чтобы сделать зарядку. Если кто-то не придёт, классный руководитель, тогда женские школы и мужские были, вот классный руководитель, я помню, Вера Николаевна, говорила: «А что это ты, Маня, опоздала? Чтобы вовремя приходили». Но это уже когда мы более-менее вышли из самого тяжелого положения, дисциплинировали нас. А потом ещё, когда совсем, мы ходили, была форма школьная, очень строго следили. Никаких, так сказать, коричневое платье, белый воротничок, черный передник. И на такие, на праздники, которые нам все-таки делали в шко, белый передничек. Учебников тогда не было в магазинах. И мы ходили с мамой, покупали учебники на рынке. Ну, тетрадочки были, а вот как сейчас в школах, а учебники на рынке покупали. Когда у нас в процессе, значит, обучения, я не помню, по литературе или по какому-то предмету, нас возили в Русский музей, а иногда выводили в театр, очень редко, когда уже театры работать начали. Вот классная руководитель у нас была, она нам всегда говорила: «Дети, вы идете в театр, театр – это храм. Нужно прийти в чистеньком платьице, и ни в коем мере нельзя приходить в театр в уличной обуви, нужно привезти с собой домашние туфельки».