Что знает начальство, то знает и солдат

Мы все чувствовали, что идут какие-то разговоры. А разговоры-то вела посол Советского Союза в Швеции. Она вела разговоры со шведским королём. Она ему сказала о том, что вот он крестом вышивает, и говорит: «Я не нашла ни одного узелка на оборотной стороне». Ну, конечно, не в том году, но я привязал эту вещь, но именно там шли разговоры – Стокгольм. В конце концов, финны, а Маннергейм не поддавался, он же обрусевший немец, он барон. Был у нас, а потом Финляндию отделил. Белофинны в 20-ом году нападали на нас, на Петербург нападали белофинны. Это там ещё тогда Маннергейм действовал. У них, я в Финляндии был, видел памятник, ну, он массивный, но грубый очень, памятник массивный на коне, Маннергейм на коне. Но они его и создали, он был вообще грубый человек. Линию Маннергейма он создал в Финляндии. Мы в 40-ом году её не могли взять по-серьёзному. Только потом, когда усилили, экранами «КВ» танки, Клим Ворошилов, вот, там пробили вот это место, но финны поняли, они израсходовали запас горючего, боеприпасов, им деваться уже некуда. Русские предлагали им хороший выход, но – капризы командования. Мы отдавали им землю больше в 2 раза, чтобы они отдали нам прилегающую к Ленинграду, отодвинуть на 30 километров, на расстояние полёта снаряда. Это был 39-й – 40-й год, зима, во время Финской войны. В 44-ом велись мирные переговоры, там не было пальбы в Стокгольме. Швеция – нейтральное государство, она не участвовала ни на чьей стороне. Правда, немцам давала свою руду, 35 процентов железной руды в этом комке. Такая, как у нас на Магнитке. Две, в мире всего две таких горы – у шведов, и у нас, с таким большим запасом. А у других там и меньше, и 20, и меньше 20-и, то есть там нужно сначала обогащать, выбрасывать пустую породу и прочее, только потом уже загружать в домну, чтобы вытопить металл оттуда. Так что вот эти все события решались не на фронте, но до фронта доходило. А у солдата слух, всё знает, что знает начальство, всё знает солдат, но не в полном объёме, а в смысловом объёме знает, что, да, мы сейчас окопались неслучайно, видишь, укрепляем. Там сзади артиллеристы подтянулись, эти самые, большого калибра, тоже там себе делают. Солдаты всё видят, всё вынюхивают. Всё. Значит, скоро будет мир. А потому что уже был 44-й. А дальше там уже ясно, что Гитлер-то обязательно, он уже проиграл войну одну молниеносную, в 41-ом году он проиграл её под Смоленском, молниеносную войну, он на Москву не вышел. И потом Гудериан повернул на юго-восток на Сталинград. Почему туда – потому что Украина не имеет гор здесь, там равнина. Танки летят и летят, и всё. И он вышел на Сталинград, чтобы отрезать Баку. А нет Баку – нет горючего. Вот почему Сталинград-то жестокий и был.