У меня боевых побед не было. Потому что с этого перешейка, где меня ранили 15-го февраля, они ушли только 25-го февраля. Сами ушли. Так и не сомкнули перешеек. Они научены были Сталинградским опытом, и они там клали всё, но лишь бы только не соединиться. И ушли. Потом я уже в госпитале слышу, по радио объявляют, что наши ликвидировали Демянскую группировку. Оказывается, они 26-го или 27-го февраля ушли. Так что у меня побед, как таковых, не было. Потом под Старой Руссой опять долбали-долбали, и всё на месте. Так что у меня такая судьба в этом плане – похвастаться нечем.