Дедушка мой умер где-то в 24-ом году, а вот в 24-ом году, кстати говоря, я помню, как мы с ним ходили смотреть наводнение Петербурга 24-го года, оно у меня осталось в памяти, трехлетнего, ну, почти четырёхлетнего ребёнка, вот так я бы сказал. А мы ходили, мы жили в этот момент на Невском 53 и пошли покупать с дедушкой арбуз, в этот момент стояла конная милиция, которая не пускала всех дальше Литейного проспекта, в сторону Фонтанки, потому что на участке между Троицкой – теперь Рубинштейна – и Фонтанкой уже была вода. Вот. Мы арбуз так и не купили, но я помню, как я сидел, дед меня взял на руки сразу и мы, таким образом, я очень потом много лет спустя, подумал о том, что вода прибывала не через барьеры набережной Фонтанки, а шла конечно через люки, вывод которых был в Фонтанку, то есть вода шла, вода шла через люки прямо на мостовую, вот.