Разведотдел. События в Венгрии

Я работал в разведотделе. И у меня было две задачи. Одна задача – осваивать работу и уметь обслужить других офицеров этого отдела. Ну, нас немного было. В штабе округа, это был целый разведотдел, и разведгруппа была. А в корпусе, где потом я служил долго, вот, там разведотдел, нас было трое – начальник, его заместитель и переводчик. Поэтому всё, что нужно было для них я готовил. Ну, так как я математику знал прекрасно, вот, и всё это в уме решал, то, конечно, уже сидел на оперативной работе. А когда однажды мне принесли листочек на венгерском языке, шпаргалку, листовку, написанную на венгерском. Был я Доме офицеров там и прочее. Говорит: «Слушай, вот ты же переводчик, может, это на твоём?». Я говорю: «Да, это на моём». Я говорю: «Ну, ты знаешь, тут есть слова, которые я ещё не выучил, мне придётся дома». Я говорю: «Ну, ну, здесь ничего хорошего нет по смыслу, я понял» «Ну, возьми». Я это в карман, и всё. На работу пришёл – не говорю. Думаю: «Я потом вечером», я забыл взять словарь с собой из дома, думаю: «Вечером тогда сяду переведу». Там действительно не всё было понятно. Оказывается, в Венгрии готовился, это самое, путч. И уже листовки печатались по-всякому. И как только не обзывали и нас, и всех остальных, этих самых. Ну, утром я прихожу на работу и начальнику своему ничего не говорю, а пошёл сразу к генералу, командиру корпуса. Я говорю: «Вот мне передали». А он когда-то в Испании был лучшим разведчиком. Этот Лукач генерал, его называл, самый лучший разведчик в этих самых был. Ну, Герой Советского Союза, генерал-лейтенант Мамсуров Хаджи-Умар Джиорович, Мамсуров. Он мне рекомендацию в партию давал потом. Так что я вот с ним связан был. Значит, прихожу и говорю: «Вот так и так» «А чего тут?». Я говорю: «Нужно будет мне переводить» «Так, оставь здесь. Я к обеду уйду, тебя здесь закрою в моём кабинете – переведёшь. Заберёшь рабочую тетрадь, к обеду заходи». Никому не говорил: «Нет. Молчать», всё, дал команду. Я, значит, это самое, ну, что такое, ничего это самое. Ну, в обед взял свою тетрадь, когда пошли обедать все, я, значит, к нему. Он дождался, закрыл меня. И я в свою рабочую тетрадь перевёл. Он прочитал, вызвал этого самого, секретчика, вот, что передали ему. Так, тот сразу начал хватать, как, кто знает, чего знает. Я говорю: «Мне передал наш тоже самый товарищ». Постоянно бываю в этом Доме офицеров, там бильярд играем, ещё что-нибудь такое. Вот всё. «Он не знает на каком это языке, так он мне сказал». Ну, в общем, короче говоря, всё записали. Из моей тетради вырезали этот текст там, в секретной части. Следом вырезали чистый лист, потому что я писал карандашом. И это вырезали. А там листовка дикая, конечно. Там грязь на всё русское, на советское. Значит, венгры на венгерских руководителей: «Они проданы, они…». Ну, в общем, что «призываем, то-то, то-то, выходите, действуйте». И шли за ними, шли, было, шли. Вот это единственное, на что мне пригодилось знание венгерского языка.