Начальство говорит: «Какой-то груз приходит к нам на передовую». Немец от нас встал с километр примерно, они остановились, и мы остановились. А что ж такое? Какие-то тюки разгружают, говорят, какое-то секретное оружие это было что ли, но не знаем. А потом начали: «Товарищ лейтенант, что это привезли?», «Сейчас узнаете», говорит и смеётся, главное. Когда это всё растащили по частям, по ротам, всё это раздавать начали, уже маленькие тюки. «Вот, это вам на отделение», «вам на отделение» и уже когда разодрали, а там погоны. Мы все с этими кубарями, у нас форма-то была совершенно не буржуазная, советская. «А как, что?», «Вот, давайте, каждый пришивайте себе». Ну, комедия была, кто чего, кто на спину пришил, кто сюда. В общем, мы говорили: «Да что ж мы, белогвардейцы какие-то? Чего вы нам даёте?». Такое роптание началось у солдат. Ну, Америка, Англия приказала: «Что вы, как шпана, без погонов». В общем, поддались им. Тогда Америка заставила Сталина и церкви открыть, и чтобы погоны у нас были, условия какие-то нам всё давали.