Когда приехали, мужчин, пленных наших, в один вагон, женщин и детей – в другие. Мужчин довезли до Кёнигсберга, это Калининградская область. Мужчин высадили – и сразу же в штрафные батальоны. А нас и женщин сразу привезли обратно в Беларусь. И там фильтрационный лагерь. Фильтровали там нас, домой не отпускали, сперва фильтровали и узнавали: как попал, куда попал, за что, туда-сюда, в общем, все сперва выяснили, это месяца два где-то было. Выяснили и отпустили. Всё проверяли: правда или неправда, самовольно ты уезжал или не самовольно. А я уже говорил, что немцы, они, видимо, в роду такие. Что сейчас, что раньше делали показные фильмы, как будто там улыбаются, сами едут и едут туда. Это показное. Это группу собирали, что там они делали: или хорошо кормили, или как? Но факт в том, что такие съёмки делали, потом распространяли это все это. И поэтому, когда уже эшелоны пригнали, обязательно надо было проверять, обязательно каждого человека проверяли, выясняли там, проверку делали. Все вот эти проверки были такие жёсткие. Оно, может быть, и правильно, нужно было делать, но это делали.