Василий Шукшин и его загадочная смерть

Найдите фильм «Взятка», посмотрите его на телевидении. Лида там грандиозна. А ещё есть «Баллада Янушки» — я не знаю, получила ли она государственную премию Польской республики, хотя это, честно говоря, неважно. Посмотрите, какие разные работы у неё, просто грандиозные. Иногда Лида там бывает неразборчива, и я говорю: зачем ты идёшь сниматься в этом? Но она права — всё-таки лучше сниматься, чем не сниматься, сидеть дома и говорить «ах нет». Потом Лиду попрекают: зачем она вышла замуж, дальше после Василия Макаровича. А я думаю: ну что, быть молодой, красивой, талантливой женщине — это очень тяжело. Мужику быть одним — можно, а женщине… И она очень правильно сделала. И всё равно для неё неподражаемый, фантастический, единственный и любимый — это Василий Макарович. Каждый день, два раза в год она обязательно идёт на кладбище, где бы ни была, всегда рядом с ним. Как она зацепилась за этот крест, чтобы поставить на могилу… никто не делал этого раньше. Она рассказывала об этом? Все говорили: «Ужасно», а ей хотелось, чтобы Василий Макарович был православным, а в советское время это было сложно, нельзя было. Могила сделана в форме креста, небольшой намёк, но это было очень трудно сделать. На похоронах я видел, что люди, причастные к смерти Василия Макаровича, стояли ближе всего к гробу. Лида, наверное, рассказывала, а может, и не помнит, сказала: «Уберите этих людей». Те, кто зажимал, стояли у гроба и говорили какие-то слова. Сердце Лиды было потрясено. Она считает, что Василия Макаровича убили. Она очень долго боролась, чтобы раскрыть правду и сделать эксгумацию. Но это сложная вещь. Лида, если что-то захочет, как танк Т-34. Попы и священники пытались её отговорить: «Не делай этого». Но это её тревожит, она всё время думает об этом. Я только что разговаривал с Георгием Бурковым, когда мы снимались с ним в «О бедном гусаре». Он рассказывал наметки, говорили, что в то время не принято было говорить о таких людях. Он говорил, что это очень странно — странная смерть Василия Макаровича. Саша Панкратов-Чёрный тоже любит рассказывать об этом, он фантазер. Жанна Болотова писала об этом, говорила, что это бред, ерунда. У меня была возможность поговорить с Жанной Болотовой и Губенко, они вместе, и она сказала: это бред, это ерунда, не может быть. Лиду это тоже тревожит. Ей хотелось бы знать правду, но священники её отговорили. Вы знаете, истории все очень многие передумывают, придумывают, выдумывают разные небылицы. Я думаю, правду про Гоголя никто не узнает, есть русские загадки, которые никто не раскроет. Хотя известна каждая секунда смерти Пушкина, всё равно остаются вещи, которые хочется увидеть своими глазами: как это случилось. Есть события, которые будут оставаться актуальными всегда. Люди будут помнить дату смерти Шукшина, думать об этом. Может быть, потом внуки или правнуки захотят узнать правду. Хотя, может, и не надо.