Спустя несколько дней пролетел новый самолёт, на стрекозу похожий, вроде нашего У-2, но однокрылый. Какие-то вещи полетели вниз – листовки. Четыре вида было этих листовок. На одной листовке – частушки, на второй листовке – карикатура: красноармеец у пограничного столба стоит, а его за полу шинели тянет коммунист, написано: «Коммунист тянет его на восток». Следующая листовка: «Убивайте коммунистов и евреев». И следующая листовка – частушки, вот помню одну строчку: «Не копайте бабки ямки, пойдут наши танки, зароют ваши ямки». И последнее – это на розовой такой бумажке, примерно в половину тетрадного листа, пропуск, в котором написано: «Сдавайтесь в плен, предъявите любому немецкому солдату, и он вас передаст руководству», и соответственно, что это будет подтверждение, что ты сдался в плен. Из НКВД работали люди, приказали собирать листовки и не читать. Но как же вы соберёте и не прочитаете? Конечно, читали. И вот любопытная история. Работали женщины по сто человек, и на каждые сто человек – старшая или руководитель этой сотни, женщина такая, как у Некрасова: на скаку коня остановит и в горящую избу войдёт, вот такая женщина мощная набрала листовок вот такую стопу и подносит. И говорит: «Что ж мы добро-то переводим. Ведь мы же их можем использовать для нужды. А то ведь сегодня мы гузно подтираем кукурузным листом, а здесь – в костёр бросать». Вы поняли, о чём речь идёт. Вроде засмеялись, отложили, а потом что-то поговорили между собой, говорят: «Пусть женщины пользуются этими». Это сейчас памперсы там и прочее, а тогда, сами понимаете, о чём речь идёт. И вот после этих листовок женщины успокоились, удивительно даже, откуда у них такая сила появилась, ведь у каждой из них или муж, или брат, или отец на войне, на фронте уже воюет. И ослабление такое вылилось в работе.