Меня сразу в госпиталь. А там такой госпиталь был: просто клуб когда-то был, из него организовали госпиталь. У нас металлические кровати, тебя раздевают, одевают во всё такое, а все твои вещи под кровать вместе с рюкзаком. И вот таким образом мы там пробыли. Где-то через дней 10, наверное, ко мне приходит Володя Тимашевский. Говорит: «Юра, мы уходим». Я говорю: «Как уходите?! А я?» – «Ну, а ты подлечишься – на другую пойдёшь». Я говорю: «Не, так не пойдёт. Ладно, ты иди, а я что-нибудь придумаю». Он ушёл. Я, значит, дождался обхода, меня проверили – всё нормально. Врач уходит, я быстренько это всё достаю, переодеваюсь и, не прощаясь, как говорится, по-английски, ушёл из госпиталя. Пришёл на корабль, это надо было через бухту переходить. На катере ещё, значит, меня перевезли. Прихожу. Захожу в кубрик, смотрю, командир стоит, я ему докладываю. Он говорит: «Где твои документы об окончании лечения?» Я говорю: «Я ушёл просто так». Он мне, конечно, взбучку хорошую дал, потому что я не долечился. А потом говорит: «Давай, мы буквально на днях уходим во Владивосток. Приступай к своим обязанностям». Вот так я после госпиталя остался на своей лодке.