11 сентября уже был очень большой налёт на Ленинград. Сгорели Бадаевские склады. Убавили, естественно, продовольствие Ленинграду. И мы почему-то переползли со всей семьей в Новую Деревню. Там дедушка у нас в сентябре и умер. На сегодняшний день я всегда вспоминаю его слова. Чем-то я была занята, матери и тетушки дома не было, а он говорит: «Тамарочка, дай попить». Я говорю: «Дед, как ты мне надоел». А оказалось, он говорит: «Прошу последний раз». И он действительно умер. Приехали мать моя и Анастасия Степановна, с поклажей какой-то приехали. И говорят: «Так дедушка-то умер». Я говорю: «Да как же он умер? Он только что пить просил». Видимо, дедушка последний раз просил пить. А тётя Настя и моя мать ездили на Бадаевские склады подбирать, что не догорело, что подгорело. Все так делали, собирали. Расплавленный песок с землёй вместе нагрузили, притащили домой, а потом отстаивали, как бы сладкая отстаивалась земля. И вот эту сладкую воду пили с удовольствием, так можно сказать.