Селекция. Йозеф Менгеле

Уже 45-й год, конец 44-го подходит. Нас отобрали, пацанов малых, и на 29-й блок. А там 29-й рядом. Вот, с 32-го нас, значит, не всех, но человек, короче, барак целый набрали, туда нагнали ребят, и на работы нас не стали гнать. Что задумали? Никто ж не знает. И вот, значит, мы убираем лагерь, там ходим, в общем, никто не сидел на нарах, все в движении, все в работе были. Мы убирали там лагерь, всё такое. И в какой-то один день в неделю происходит селекция. Выстраивают нас, там труба – печь. Допустим, вот здесь печь, она топится, и внизу труба идёт по земле, сюда, и тут вытяжка. А эта печь так вот, и тут образуется такой вал, ну, ступень что ли. И на эту печь, на эти трубы выстраивается весь барак наго раздетый, и селекция. Мы же одни кости и шкура были. Всё это болталось. Это жутко было смотреть. И Менгель, значит, ещё двое с ним, они там смотрят туда-сюда, по крематорию и освобождению, и вот так вот. Он такой молодой парень, здоровый, упитанный, эсэсовская форма вся горит. И двое ещё таких с ним. У него было спокойное лицо, он стоял и смотрел так равнодушно ко всему. Там другие были с ним помощники. Вот они смотрят туда-сюда. Три этих селекции мне пришлось пройти.