«… Мы просто не ходили, И выжили б едва ли, Если б нам родные своё не отдавали. Да. Детьми в войну мы были – О чём нам помнить вроде? Пешком под стол ходили, Так говорили в народе». Да и сейчас так, наверное, говорят, что дети, так что… Ну, вообще-то блокада, блокада, она в сентябре уже 41-го была… Страшное наследство, которое я всю жизнь в памяти храню. Войной оборванное детство, как плод, засохший на корню. Январь, обстрелы и бомбёжки, и дикий голод по утрам. Я помню до последней крошки 125 блокадных грамм, С свинцом и кровью пополам. Блокадники, узники, дети войны, Работники тыла – все мы равны. Мы с вами равны перед памятью павших. Мы с вами равны перед детством пропавшим. Война не щадила ни тех, ни других, Но нам повезло, мы остались в живых. Друзья, с каждым годом всё меньше становится нас, Давайте же нынче, здесь и сейчас Всем ныне живущим, не знавшим войны, Скажем, чтоб мир берегли от беды! Хочу пожелать всем, конечно, чистого неба над головой. Чтобы всё было хорошо. Самое главное, чтобы ни дети, ни внуки не испытали того, что видели мы.