Нас выбирали хозяева

Нас так привезли в город Хиршберг. Водили по городу и показывали, что это ленинградцы. Кто-то попадал в промышленность, тех сразу там определяли в бараки. А нас определили в сельское хозяйство. Поэтому нас от города Хиршберг привезли в деревню Майвальдау. И в первом же доме, значит, какие у нас были с собой мешочки, все, значит, была запряжена лошадь, и там небольшая тележка, и в неё мы все положили свои мешки, а сами шли пешком, сзади лошади. И вот лошадь остановится – выходит хозяин из дома и выбирает. В общем, я не знаю там, за деньги нас продавали или просто так, я так и не узнала. Но, во всяком случае, сестра моя попала, ей было 16 лет, и она попала в первую усадьбу, большая усадьба, Руфа Пауль, вроде как-то так звали хозяина, они выбрали девчонок таких вот, уже рабочих. А нас повезли дальше. И нас вообще провезли вот, я узнала потом, что это еврейка женщина тоже, и нас провезли вообще, до конца деревни Майвальдау, и нас никто не взял. А на обратном пути развернулись, и вот взял нас Фриц Фишер. Фриц, вот как у нас Иванами всех называли, а там вот Фрицы. Его имя Фриц. У хозяйки имя было Марта. А он Фриц. Ну, наверное, мы ему даром что ли достались. Во всяком случае, он нас взял: и маму, и меня, и ещё одного работника, но потом этот работник сбежал, тоже сумел как-то. Я поняла, что наш хозяин из числа бедных, потому что у него был двухэтажный дом и конюшня. И пахали не на лошадях, а на быках. И потом все дома у немцев крыты черепицей, а у него фасадная сторона была черепицей закрыта, а та, что на поле – та соломой. И он очень вылизывался перед всеми внешними. Но и у него висел мундир какой-то солдатский, и по случаю какому-то как-то сообщалось, наверное, он быстро одевался и куда-то уезжал. Это, наверное, какая-то внутренняя была армия, я так думаю.