Эвакуироваться не только предлагали, а заставляли. Но мать-то – инвалид. Она пошла в Большой дом на Литейном, справа который, серый дом, чтобы ей разрешили остаться здесь, потому что что здесь она умрёт, что там – разницы нет. Кто она? Безработная, без образования. Она же не могла ни писать, ни читать. В то время в сельской местности женщин не отдавали в учёбу: они должны были воспитывать детей и кормить их. А мужчины должны работать на поле или каких-то разработках. Ну что там взять в деревне, если она не в городе там в каком-то жила. В городе хоть можно где-то устроиться и получить какую-то специальность, официальную или неофициальную. А там швеёй-мотористкой она работала на Кожевенном заводе, судомойкой, сейчас называется «оператор моечных машин».