Меня всадили в «Виллис» американский, не только меня, там ещё были люди. Те – наводчики артиллеристы, а я артиллеристский разведчик, совсем другое, я к орудиям не причастен. Я в стереотрубу выявляю фашистов, где они дислоцируются или танк какой-нибудь зарытый, ориентиры вылавливаю и передаю на батарею, а батарея находится за мной километра 3. А вот Ваня Краснов, что с Красногорска, он рядом со мной с телефоном передаёт: «Репер № 1, буссоль такая-то, ориентир такой-то». А ориентир – у меня журнал разведочный, там нарисовано: отдельный стог сена, отдельная сосна, отдельный сарайчик. Это называется ориентиры, и они под номерами, я кричу: «Третий ориентир, такой-то прицел», я командую туда, орудиям. И слышу «Шшш», над головой зашелестел, полетел. Раз, я гляжу – недолёт, опять передаю – недолёт, репер такой-то, недолёт 2, перелёт, левей, правей. В общем, вот такая моя работа была. Благодаря мне, конечно, много поугрохали. Немцы закопали танк, а он очень много бед наделал, мне даже за него благодарность дали. Танк этот разбили, я его потом нашёл, немцы копали траншею, целой кучей, человек 50, все в рубашках белых были, не боялись, их тоже накрыли.