Уехали мы в соседнюю Литву. В Литву приехали. а там «лесные братья», слышали, да? Тоже житья не давали нам, гражданским. Моим родителям выдавали оружие, у них был станковый пулемет на ножках, он же вроде как для защиты, в каждой семье у русского было. Потому что действительно сволочи. Если машина уезжала, получалось так, что людей убивали, машину сжигали. В деревне сторожей тоже как-то выводили. В общем, творили чудеса. А мы со школы когда уже шли, там заходили в такой двор милицейский. Каждый день мы туда ходили. Вдоль забора лежали эти «лесные братья», одеты были все в немецкую форму. Такие волосы были по плечи. Это ужас. Они жили, действительно, в лесу, под землёй, делали так: так люк заделывали, что не увидишь даже ничего, и там жили. А по ночам шли в деревню, а в деревне свой же народ. Продукты брали, привозили всегда. В общем, они своих поддерживали. Мы-то их называли «лесные братья», а это вообще такие сволочи. Со школы идёшь, где-то 7 километров приходилось идти. Сзади зацепишься, а там базарный день был в четверг, не в выходной, а в четверг, как раз когда занятия. Вот, он дождался, потом раз – кнутом как даст. Ну, пришлось отцепляться. В общем, ненавидели нас вообще, ужас. Вот так, в таком положении мы про прожили там до 1953 года, как раз после смерти Сталина.