Одна сестра у меня училась в 10-м классе, так пришла повестка на фронт. Она с какого года? Ой, Господи. По-моему, она с 20-го. На фронт. Ну, она поехала, отец её повёз на лошадке. И она приехала туда, заходит. И там спрашивают: «Доченька, ты что же стоишь-то, зачем пришла-то?» – «Вот мне повестку». А она в 10-м классе училась как раз. Он посмотрел: «Оооой, дочка, тебе повезло, я только сейчас разговаривал с Москвой – с 10-го класса не брать». Ей повезло. Они тут, которые собрались, всё и плясали, и плакали, и всё, что на фронт не попали. Старший брат, правда, он пришёл, ему вообще половину вырезали, и правой руки у него не было, это самый брат у меня. Но он что, тоже пожил, но немного жил, может, года три или четыре. Умер. А в Финскую второй брат погиб. Ещё и Димитрий за ними. Потом Николай. Этот тоже, как он рассказывал: подрывали какой-то мост, там приказ пришёл, мост взорвать, потому что немец должен по этому мосту проехать. Они вдвоём пошли, мину поставили, а убежать не смогли. Как рвануло их, всех землёй покрыло. Пришёл глухой. Как он плакал… Он пришёл, говорит: «Я не буду жить такой. Я ничего не слышу. Я ничего…» Но мы его всё-таки уговорили. «Коля, да ладно тебе», – по пятам за ним ходили, как бы он что с собой что не сделал. Тяжело было.