Этнические конфликты в Дагестане

Все национальности, которые начали возвращаться с гор, а там очень много национальностей, там 33 национальности жило, но злее всех были чеченцы грозненские. Они начали тут искать свои посты. А в нашем городе и чеченцы жили, и кумыки, и даргинцы, и лакцы, и кто только не жил. И вообще русских ненавидели и всю свою жизнь, даже при моей памяти. Там поднялись все эти нации – каждый начал самовольничать, «что захочу, то и сделаю». После я ездила в Хасавюрт, уже было мирное время и война кончилась, в 1987-м или в 88-м, за документом, что-то с домом связано. Так там, Вы знаете, весь этот Хасавюрт был застроенный до самой железной дороги до станции, которая сторона принадлежит городу, на каждом углу ларьки этих националов. А только с передней стороны ходил поезд, и то, он стал уже не прямого назначения, а с пересадкой. В 45-ти, вроде, километрах была такая передвижная станция Чирюрт, через неё ходил, и поезда дальнего следования не заходили в Хасавюрт. Нам надо было ехать в этот Чирюрт и садиться на тот сквозной поезд. Там страшное безобразие случилось: и воровство, и резня, и убийства, и всё только в большей степени попадали русские. До передвижной, когда этот Грозный подходил, в том предприятии пассажирском молодой красивый парень работал – его же задушили. Мать приходила, плакала, рассказывала. Большую часть умерших составляли несчастные случаи с русскими. Да это каждый раз, как слушаешь. У нас был даже телевизор в Хасавюрте. Что с русскими обходятся очень плохо, то это да. Вот эти всякие нации возвращались с гор, много очень, работать негде, жить негде. Чем заниматься – воровством, убийством. Вот так и жили.