Я овцевод, поскольку в Чите работал, там овцеводство – основная отрасль, и эту отрасль хорошо освоил, я знаю. И вдруг Хрущёв, съездив в Ставрополь, там ни с кем не посоветовавшись, наградил одного чабана, Малашенко фамилия, это я помню хорошо, званием Героя за то, что он получил два ягнения в год от татары. Я Никите… а я в Оренбурге тогда работал. Никите Сергеевичу звоню, говорю: «Никита Сергеевич, это какая-то авантюра. Потому что два окота в год может давать только одна порода овец – это романовская, и другие шубные короткохвостые породы. Они совмещают суягдность с лактацией. А тонкорунные, полутонкорунные не совмещают, у них ограниченный половой цикл. Это во всей литературе можете посмотреть». – «Нет, ты ничего не понимаешь. Ты вот давай пошли Домну Петровну Луценко, такая была у меня специалист-овцевод. Пусть она к Малашенко съездит и мне доложит». Я Домну Петровну вызываю, говорю, что вот так и так, распоряжение Хрущёва. Она говорит: «Так чё ехать? Я знаю, что это авантюра». – «Мне-то раз велят, съезди». Ну, она съездила, приехала, по ВЧ я её соединил с Хрущёвым. Она ему только одно слово сказала: «Никита Сергеевич, это пустой звон. Малашенко получил два ягнения – в январе и в декабре. Но на другой-то год он уже не получил и не может получить». В общем, общественность чабанская, те же ставропольские чабаны, я помню, Гречко, они мне писали по этому вопросу, Золотухин там такой был, возмущались, что этот авантюрист Малашенко получил звание Героя и так далее. Ну, Никита Сергеевич потом тоже как-то на даче у меня был, говорит: «Вот ты, я этого не знал, так что». А я ему говорю: «Надо посоветоваться было с кем-то». А он там по Ставропольскому краю ездил с Кулаковым, а Кулаков, видимо, тоже…