Ну, тогда, в 55-м году, по-моему, в конце года, была создана редколлегия альманаха «Литературная Москва». Я тоже была членом этой редколлегии. Меня в это время не было в Москве — в моё отсутствие меня туда ввели, но я с радостью приняла эту обязанность. Мы очень увлечённо работали и выпустили первую книгу этого альманаха. Она вышла в последние дни 20-го съезда. Её тогда, прямо на съезде в Кремле, продавали — и книга имела большой успех. Это была большая радость для всей писательской организации, ведь долгие годы многие люди вообще не могли нигде напечататься, положение было очень трудное. А тут — большое издание, и такой успех. Это всё был, так сказать, праздник, в общем. Но оказалось, что было много сил, которые старались собрать как можно больше против этого праздника — чтобы его переспорить, превратить в беду. Я помню, тогда часто проходили собрания и встречи. Нас уже начали приглашать, даже в ЦК была встреча с Хрущёвым, и там было очень много интересного и важного. Но всё-таки было ясно, что есть люди и силы, которые не хотят, чтобы всё стало так уж лучезарно, так радостно, как это могло бы быть. И они сумели многое — именно потому, что мы считали, что это такая перемена в нашей судьбе, и в судьбе страны, и народа, и искусства. Такая радость... Но радость эта оказалась очень недолгой. Хотя, в общем-то, она была кардинальной — она действительно многое изменила, и уже вернуться назад было невозможно. Но много сил опять же было потрачено на ерунду, на сведение личных счётов, на неправду, на то, чего, в общем-то, могло и не быть.