Она была очень приветливой, очень домашней. Понимаете, её нельзя назвать добренькой. Она была очень широкой натурой – это, пожалуй, более подходящая характеристика, слово, которое её может охарактеризовать, – именно широкой натурой. Но она была женщиной, если ей что-то не так, могла быть крутого нрава. Она совершенно не переносила хамство, совершенно. Так она даже могла растеряться на какой-то момент, но потом вовремя собраться и уж так отшпарить, что будьте любезны. А язык у неё был очень образный, очень острый. И, понимаете, она была талантлива во всех своих проявлениях. Она и мыслила очень интересно, она очень много читала. И хотя считается, что у неё образование не шибко большое, но среда, в которой она прожила, дала ей очень много. И за счёт её желания знать всё, желания разбираться в том, что её интересовало, и в своём творчестве, и в музыкальном аспекте – чтобы это было очень профессионально – она очень много читала, любила литературу, любила живопись, красивую мебель, вообще любила красоту. Она была, конечно, личностью незаурядной, из самых низов, крестьянской семьи. Всё детство в приюте проведено, да потом сколько воин прошло, вообще история страны. И тем не менее, она сумела вырасти в интеллигентного, умного и очень уверенного в себе человека. И, как я бы сказала, добротным стала человеком, очень содержательным и интересным.