Мечта о будущем

Мечта. Ну, я, конечно, мечтаю о том, чтобы прежде всего вернуться хоть к тому периоду, который был у нас, и в областях, и жизнь на уровне, и промышленность, и так далее, и параллельно развивать рыночную технологию. Нельзя государству всё держать в руках, я согласен с этим. Мы доходили до мелочей. Поэтому у меня мечта какая? Надо, чтобы правительство взяло в руки управление экономикой, чего нет. И я не вижу этой программы, понимаете? Может быть, я не располагаю материалами, да, это трудно всё. Но наблюдаю, слушаю, читаю, я вижу, что такой твёрдой линии нет. Вот даже бюджет 1995 года уже сколько времени обсуждается. А раньше мы в октябре месяце утверждали, в ноябре план на будущий год, где бюджет у нас всегда хорошо складывался. Чтобы дефицит какой-то допустить? Меня Косыгин выгонял. Это редкое явление, чтобы я пришёл с дефицитом в один миллиард рублей. Один раз только он согласился со мной, но не в тех размерах, как я хотел. Это касалось соотношения темпов роста производительности труда и темпов роста заработной платы. Я пришёл с предложением. Было тяжело, сельское хозяйство у нас не сработало, так что очень тяжело рыночную систему было сбалансировать. И получилось так, что я пришёл с предложением: один процент роста производительности труда и один процент заработной платы. Вот он мне и говорит: «А как мы будем дальше развиваться, расширенное воспроизводство?» Я говорю: «Ну, вот так не получается». – «Не знаю. Иди, вот тебе неделя, и думай. Беседуй с министрами и скажи, что такой план принять не могут». И вот я через десять дней принёс план, где было соотношение: один процент роста производительности труда и 0,8 процента роста заработной платы. Значит, в бюджет что-то идёт. Хотя до этого у нас было так: один процент роста производительности труда и полпроцента роста заработной платы. И вот Косыгин не принял такой план, какой я вначале принёс. И согласился со мной, когда увидел такое состояние с сельским хозяйством.