Впечатления? Ну, знаете, как иногда, как будто тебя кипятком обдавали. Потому что, понимаете, несмотря на то, что у нас было такое окружение… Но я всё равно понимала, как говорится, кто есть кто. Понимаете? Когда я начинала заниматься, и папа кричал: «Там бекар, что ты играешь?!» Я ему говорила: «Я тебе не Оборин». Он говорит: «Это и видно». Понимаете? Ну, я понимала, кто такой Оборин. Кто такой невероятный пианист на три этажа выше – Эмиль Григорьевич Гилельс. Кто такой Святослав Теофилович Рихтер. Понимаете? Для меня это было – вот, наверное, понимала, что это недостижимо…И, понимаете, когда я получила малюсенькую роль горничной Элины в «Норе» – семь с половиной слов, ну, может быть, восемь… Любовь Петровна Орлова, Константин Константинович Михайлов, Ростислав Янович Плятт – и я рядом. А! Конечно, ноги отнимались. Сначала. А потом, вот, когда я приходила на репетицию и начинали репетировать, не было ощущения, что вот ты вчера порог переступила, а мы, извини, тут… Нет! Всё было… Была работа, было дело.