Начало ракетной отрасли СССР

Конечно, поняли это всё, что ракетная техника нужна, понял раньше всех товарищ Черчилль, который писал известные письма его Сталину, писал, чтобы наши, значит, поделились тем, что наши там подбирали в Польше ещё раньше. Но наши не очень активно, на сколько я понимаю, этим делились, и именно потому… Видимо, не, опять же, не один Сталин, понимаете, видимо были, ну, соответствующие советники и соответствующие товарищи. В частности, вот создание всех вот этих вот групп в Германии, ими руководил весьма противоречивая личность, зам Берии – Серов. В своих дневниках, опубликованных уже вот совсем недавно, их нашли и опубликовали, я нашёл, я нашёл 3 ссылки на фамилии. «Да вот толковые молодые инженеры». Да вот они у меня здесь на столе лежат эти самые ссылки, ксерокопии с этих дневников. Где вот перечислены Королёв, Глушко, Рязанский. Трое. По результатам их работы был написан трёхтомный отчёт. Полные три здоровых тома, который в итоге лёг на стол к Сталину. Редактор первого тома Королёв – это ракета. Редактор второго тома Глушко – это двигатель. И редактор третьего тома Рязанский – это система управления. И 13 мая 46-го года вот о ней как раз, это вот опять нигде не написано, вот все эти главные конструктора свой день рождения отмечали 13 мая. Ни, не запуск 1-го спутника, ни запуск Гагарина, а это было 13-ое мая. 13 мая было подписано историческое постановление о создании ракетной техники в Советском Союзе. И соответственно о создании институтов. Конкретно: НИИ-88 – это институт, ну, который стал институтом Королёва, НИИ-885 – это институт Рязанского, ну, так же институты, Бармина, Кузнецова. Пилюгин был у Рязанского. В 47-ом назначили главными конструкторами – Королёва, Глушко, Рязанского, Бармина по наземным комплексам и Виктора Кузнецова по гироскопу. Пилюгин был сначала в организации Рязанского и был под Рязанским. И долго, они дальше, они были долго, в 48-ом уже Пилюгин стал главным конструктором, и в организации были два главных конструктора по двум направлениям, по радиоуправлению и по автономному правлению. Они были все в очень хороших отношениях, никаких противоречий не было всю жизнь. Вот, и семьями тоже самое, были близки. Вот. Но вот с этого трёхтомного отчёта началась эта эпоха. К сожалению, никому, ни Ярославу Голованову, который первый начал, был такой, ну, великий журналист, вот, который первый начал копать космическую тематику. Ни там никому позже найти эти три тома не удалось. Куда они делись, неизвестно. Отец мне говорил, что, очень интересный был. Но так они были, естественно, совсекретно и особой важности, естественно. Интересны 4-5 страниц последних каждого тома, которые, как в любом отчёте, последние страницы – это звучат выводы и рекомендации. И вот эти выводы и рекомендации, которые были, они, собственно, и ну, носят колоссальный исторический интерес. Ну, где было проанализировано то, что, что было у немцев плохо и каким путём надо идти. Причём на самом деле, мнение по своей части, у Глушко немножко иначе, надо было действительно сначала создать этот двигатель, сделать. А, и у Сергей Павловича, и у отца была идея, что всё надо делать не так. Всё плохо, всё надо делать не так. Но тогда приказы, опять же верховного, которые относились не только к ним, но также приказывали и Туполеву, значит, повторить один к одному с точностью до винтика. Но с точностью до винтика не получалось, но, в общем, задача и вот Р-1 вот наша, вот она там, вот, была чистым повторением Фау-2. Ну, сначала испытали вот собранные у нас из осколков, обломков немецкие Фау-2, а потом вот создали в 47-ом, в 48-ом году создали Р-1, которая повторяла Фау-2 со всеми её достоинствами и недостатками.