Школа была очень серьёзная, потому что это было отделение сосудистой хирургии обычной городской больницы. Плюс к этому по санавиации привозили со всей страны травмированных людей. В основном это были производственные травмы, потому что пациенты попадали под прессы, в мясорубки и во всякие разные инструменты. И деятельность шла, не прекращаясь, круглосуточно – поэтому это была очень серьёзная школа. Вспоминается даже солдатик, которому ампутировало обе конечности, кисти поездом. Вернули. Для него самое печальное известие было, что в конце двухлетнего срока его фактически реабилитировали, потому что у него стали работать эти конечности, и его проверяли, сможет ли он стрелять из автомата. Бывали случаи, когда медведи ампутировали конечности. У нас были и девочки, и мальчики, когда они засовывали руки в клетку. Возвращали им жизнь, собственно, потому что это высокие ампутации на уровне плеча, и конечности приживались. Общеизвестны в те годы были ножки девочки Расы – тоже операция, в которой принимал участие Акчурин и я. Когда ампутировано косилкой было в Прибалтике девочке ноги. И привезли, и удалось пришить эти конечности. Много случаев было. Повторяю, это была ежедневная работа, вспоминать можно бесконечно, потому что это были тысячи операций.