А премию… Ну, просто вот все его эти работы, которые он делал на бронхах, на лёгких, были выдвинуты на Ленинскую премию. Список претендентов на Ленинскую премию был опубликован в газете, после чего начались пиршества. А эта Ленинская премия давалась то ли семи человекам, то ли как-то так. То есть, когда он получил эту премию, из тех, кто был выдвинут, он получил её в коллективе. Она была разделена на части, но к этому времени все эти деньги уже были и пропиты, и проедены, и пропразднованы. Таким вот образом это было. А потом была Государственная премия. У них были не очень хорошие отношения с министром здравоохранения тогда, и вот почему ему не дали… Его же наградили орденом Ленина – по возрасту уже, а должны были, а могли бы наградить, дать ему Героя Социалистического Труда. Но вот его вычеркнули из этого списка. А потом – Государственная премия. И вроде опять там что-то – давать, не давать… Он говорит: «А я не буду. Мне, мне это не надо». Вот я тоже помню, что папа сказал. Так к нему обратились с просьбой, чтобы он не уходил из этого коллектива, иначе всему этому коллективу премии не видать. И он остался. И вот в этой группе он получил эту Государственную премию. Это я тоже помню очень хорошо – эти разговоры, что он бы и не пошёл, но просили.