Как дружба Сергея Конёнкова с Михаилом Пришвиным стала темой моей диссертации

Это вообще очень интересная вещь. Я неожиданно для себя обнаружила, что дедушка был у Пришвина. В 90-е годы мы со студентами ездили в Дунино. Наш научный руководитель и ректор академии, а потом и президент, Изольда Константиновна Кучмаева, очень любила Пришвина, была поклонницей его творчества. Она дружила с Валерией Дмитриевной, женой Пришвина, и общалась с другими сотрудниками музея. И она устроила нам поездку в Дунино. Мы туда поехали, а потом студенты должны были делать доклады, проводилась конференция. Это был сентябрьский день, дождливый, с туманами, очень мистическая атмосфера места. Нас повели на экскурсию сотрудники музея, и я увидела фотографию дедушки. Я спросила – и мне подтвердили: «Да, он приезжал, они общались». Пока мы ходили по участку, у меня всё время было ощущение, что дедушка прямо рядом, за плечом. На обратном пути у меня родилась тема диссертации. Я рассказала Изольде Константиновне, она согласилась, и я начала исследовать. Выяснилось, что первое знакомство произошло в 1913 году. Об этом писала Валерия Дмитриевна. Горький познакомил их в рамках издательства «Знание», которое издавало русскую литературу в Санкт-Петербурге. Дедушка тогда находился в Петербурге, общался с многими художниками, и именно там Горький познакомил его с Пришвиным. Дальше события развивались интересно. В дневниках Михаила Михайловича есть запись о 1922 году, когда они ходили на Пресню с другом и беседовали с Конёнковым. И ещё есть такая запись: «Когда отсеялись все эти измы – декадентство, марксизм и прочее, для меня остались только несколько фигур – Шаляпин, Горький и Конёнков. Мы не были с ними близко знакомы при жизни, но в их творчестве я чувствую родство. Это родство нужно осмыслить». Он сразу почувствовал это родство, и дальше события развивались очень интересно. В 1905 году Сергей Тимофеевич вернулся из Петербурга и обосновался в Москве. Он описывает обстановку как «очень напряжённую», это было перед революционными событиями, август 1905 года. Все волновались. Он дружил с Кончаловскими, особенно с братом Петра Петровича, художником Дмитрием Кончаловским. Дедушка служил в Звенигороде и жил в Дунине, небольшой деревне совсем недалеко от Звенигорода. Конёнков приехал к Дмитрию, и в доме, где потом жили Пришвины, они встречались. Это место было очень важно для Сергея Тимофеевича. Он немного пишет о нём, упоминает разговоры, встречи с крестьянами, особую атмосферу. После возвращения в Россию он снова захотел туда поехать. В 1947 году он впервые отправился в Смоленщину, долго собирался, мастерскую строили, были заказы. Летом он поехал туда, а в 1948 году они посетили Дунино. Практически это была первая поездка в родное место. Они нашли дом, где жил Пришвин, познакомились, долго беседовали. Потом дедушка несколько раз приезжал к Михаилу Михайловичу и очень тепло к нему относился. Он писал, что каждая строчка произведений Пришвина даёт людям счастье. Я тоже почувствовала это родство и единство. Изольда Константиновна меня поддержала, и я написала диссертацию на эту тему.