Предложение переехать в Новосибирск

И дальше встал вопрос о том, что он перерос эту должность. Он как бы разобрался в тех вопросах, которые нужны были для расчётов ядерных реакторов. Он понял, как использовать уравнение Больцмана. И в общем глубоко копнул, и в какой-то момент он почувствовал, что, с одной стороны – приятная ситуация, что он всё понимает, а с другой стороны – настораживающая. То есть он, как оракул стал: к нему приходит люди, говорят: «А как решить такую-то проблему?» Он говорит: «А надо сделать так». Они делают, и всё получается. И он почувствовал, что надо как-то расширять круг интересов. Но так как он был очень энергичный, молодой, эффективный, доброжелательный, то встал вопрос о том, что он станет директором этого Физико-энергетического института. Ну, там была история о том, что научным руководителем этого института был член-корреспондент Лейпунский. И он как бы испугался конкуренции. В общем, был разговор Лейпунского с Марчуком, где Лейпунский сказал: «Нам двоим здесь будет тесно». И после этого как-то так неожиданно сложилось, что появился главный «охотник за головами» Советского Союза Михаил Алексеевич Лаврентьев, который в то время создавал Сибирское отделение Академии наук. Уже ему сказали, что есть такой молодой талантливый человек, и он приехал в Обнинск, и его сагитировал поехать в Новосибирский Академгородок, и, так сказать, на вакансию Сибирского отделения он был избран член-корреспондентом Академии наук. И это оказалось на самом деле очень удачным выбором, потому что, ну, человек растёт на самом деле вместе со своими делом. Папа попал в Обнинск, когда был такой стремительный рост, стремительный рост атомной промышленности, эти ядерные реакторы, связанные с этим ядерные бомбы. И этот рост, он как раз в 50-е годы действительно стал стремительным. И он, вместе с этим ростом всей этой атомной отрасли, он тоже вырос. А дальше, а дальше центр интересов государства и правительства переместился, он переместился в космическую область. Там, если до этого давали, сколько-то там компьютерного времени в ВЦ Академии наук (дом, который рядом тут стоит), сюда приезжала бригада из Обнинска и вела расчёты, расчёты, значит, по своей тематике. То вдруг стали сокращать эти лимиты компьютерного времени и как бы задвигать на неудобное время. И отец понял, что как бы интерес смещается. А Сибирское отделение – оно как раз стало той точкой роста, которая в то время тоже большую производную, значит, шло вверх. Все развивалось, открывались новые институты.