Вы учтите, что я работала не в шараш-монтаж конторе, а в специальном художественном конструкторском бюро. То есть у нас там было несколько отделов. Приходят администрация, заказы. А эти заказы уже – в наш отдел художественного конструирования. И отдел художественного конструирования распределяет: «Ты будешь делать это, вы будете делать это, вы будете делать это, вы будете делать это». И всё. И мы уже знаем: «А, вот это я буду фонарики делать». Но не просто фонарики – я же должна знать, какое производство, какая технология, для кого. А для «Аусма». А «Аусма» – это завод пластмассовых изделий. Значит, я делаю варианты вот этого, с учётом их технологий делаю варианты. Оно же не может выйти в производство без их согласования, поэтому я еду на завод, показываю варианты. Они согласовывают с замечаниями или не согласовывают. Ты приходишь, снова делаешь варианты, снова идёшь, снова согласовываешь. Но до этого ты согласовываешь с так называемой рабочей группой. Что такое рабочая группа? Сейчас всё очень просто – никакая не рабочая группа, никакой не совет. Дизайнер сделал – и всё, и сразу можете идти в производство, да ради бога. Значит, ты делаешь эскизы, собирается рабочая группа. И они или критикуют и дают доработку, или говорят: «Ну, хорошо, всё». И ты тогда идёшь на завод. Завод утверждает, ты приходишь уже с конструктором, вот так работаешь, чтобы уже вышло в производство. Значит, заканчиваешь эту работу. У нас был ещё отдел, который делал макеты вручную, первый экземпляр. Отдаёшь рабочий чертёж, тебе делают твой фонарик. И уже с этим фонариком, с планшетами идёшь на совет. И совет – там 24 человека сидят – и совет тебе утверждает это. Но прежде чем утвердить, ты проходишь все инстанции. И ты обязательно должна сказать, что с заводом согласовано, и есть бумажка о том, что он согласовал, и согласовал не просто главный инженер. Вот так выходило в производство всё.