Алексей Дмитриевич Смирнов. Блестящий тренер и комментатор

Он столько знал о гребле. Больше никогда нигде я не слышала, кроме Озерова, который комментировал соревнования, чтобы кто-то так подробно рассказывал о спортивных нюансах, как это делал Смирнов. Он знал всю подноготную академической гребли. И мог на коротком отрезке рассказать о каждом спортсмене: что делает, как идёт, как держит весло и так далее. Сейчас, естественно, есть телевизионные трансляции, а тогда был только бинокль и дистанция в два километра. Но он всё время рассказывал – и не уставал – всё это. Я всегда сравнивала его с Николаем Озеровым, который рассказывал про игровые виды, а он был единственным, кто рассказывал о гребле. Это было потрясающе. После него никого такого не было, ни одного диктора. Сейчас, когда кто-то пытается что-то сказать о соревнованиях, например, 9-го мая, это уже совсем другой уровень: «Идёт первая лодка, она четвёртая, третья лодка… А, Нижний Новгород идёт. Ну, хорошо, вот Нижний Новгород». Это не тот уровень. Они даже не знают, кто сидит в лодке, а тогда он знал всё о каждом. Он и Алексей Дмитриевич сидели сами в лодках за катером, за мотором, и управляли им. Наталья Сергеевна не умела водить, для этого у неё был водитель, зато ей было удобнее – она могла кричать и контролировать всё прямо рядом с лодкой, не используя рупор. А они одновременно одной рукой вели мотор, а другой через рупор отдавали команды спортсменам. Разница была колоссальная. При этом оба были невероятно скромными. Мы ни разу не видели их пьяными, ни разу не слышали, чтобы они ругались матом. Ведь тренеры по-разному относятся к спортсменам, но динамовская школа была сильна именно этим: ни одного матерного слова ни в процессе тренировки, ни в процессе общения – никогда.