Тяжёлая экономическая ситуация в Польше в 70-е годы. С чего начинались польские забастовки

Я ездил, начиная с 70-го года, в Польшу. Приехал в начале октября, к началу учебного года, потому что у них учебный год начинается с октября. В это время в Польше была очень тяжёлая ситуация с продовольствием. Сельское хозяйство в основном было единоличным, но строго контролировалось государством. Контролировалась сфера сбыта: крестьяне не могли свободно торговать своей продукцией, должны были продавать кооперативам или государству по фиксированным ценам. Государство продавало с небольшой наценкой, но проблема себестоимости никуда не делась. Крестьянам стало невыгодно производить, потому что они вкладывали больше средств и сил, чем получали прибыли. Хозяйства превращались в приусадебные участки: кормят себя и детей, которые уехали в города. Начинало не хватать продовольствия. У нас, слава Богу, было что продавать, а у поляков – нет. Нефти и газа не было, чтобы торговать. И вот они решают поднять цены. Перед Рождеством 70-го года резко повышают цены на мясо, молоко, продукты на 20–40 %, без какой-либо компенсации. Зарплаты не повышают, а цены на женское бельё из ацетатного шёлка снижают – этим уже никто не пользуется. Виниловые пластинки – тогда тоже мусор, черно-белые телевизоры – потому что появились цветные. Никакой компенсации народ не ощущает. И начинается первое выступление на побережье, забастовки. Сценарий повторяется, как в 56-м году: рабочие выходят на улицу, чтобы их услышали. А когда толпа выходит неорганизованная, возможны любые последствия. Во-первых, могут появиться хулиганы, которые разбивают витрины и грабят магазины. Во-вторых, провокаторы могут бросить кирпич, чтобы власти имели повод применить силу. Это уже не мирная делегация, а толпа погромщиков. В 70-м году снова бросают армию и спецназ, снова стреляют. На этот раз погибло около сотни человек, потому что Гданьск – узкие улочки, бежать некуда. Солдаты выполняли приказ стрелять в землю, а мостовая из булыжника – пули рикошетят. Я впервые лично попал на такие польские события. В Варшаве напряжённость чувствовалась меньше, а побережье – Щецин, Гданьск, Эльблонг – было просто закрыто. После этого сменилось руководство, как в 56-м году с Гомулкой. Время его прошло. Он стал революционером ещё до войны, во время войны, а к 70-м годам нужно было новое лицо. Приходит Герек, который во время войны был в эмиграции, работал шахтёром в Бельгии, во Франции участвовал в движении Сопротивления, член французской компартии, европеец. Но главная проблема остаётся: Польша не может накормить своих граждан стабильно. Честно говоря, я поражаюсь. У нас идёт Специальная военная операция, и никто не слышит про карточки. Приходишь в магазин – всё есть, даже хорошие сыры. Тогда же всё сразу в карточки, дефицит полнейший. Наше частное сельское хозяйство нас кормит спокойно, цены регулируются государством через социальные нормы. Эти моменты сильно влияли на ситуацию. В 76-м году я привожу студентов в Польшу, после новых событий. Опять нехватка продовольствия, повышение цен, народ восстал. На этот раз обошлось без стрельбы, хотя много арестов, погромы, били витрины. Всё ещё разгорячены после этих событий.