После юга нас перенаправили на 1-й Белорусский фронт под Варшаву. Там мы форсировали Вислу, Пилицу, и пошли на Кюстрин через всю Варшаву. По пути захватили мы аэродром. Я думаю, что такое? Народ побежал куда-то туда, на окраину аэродрома. И пехота. Бегут все. Оказывается, там спиртзавод был, бочки стояли, и все наливают себе. Я командира полка позвал, мне приказали поставить охрану. Полк всё время у нас воевал, всё время на передовой был и критического такого не было. Один раз у меня было под Щецином, но это так сказать, обман командира, которого я поддерживал. Нас же передавали какой-то дивизии для поддержки в бою. И вот был там подполковник – Субботин, кажется. Но он тоже подумал, что нам нужен спирт, чтоб мы смелее действовали. Я спрашиваю: «Вот хутор впереди, он у нас?» То есть мне нужно знать, где наши войска. Ну раз наши войска, я огонь не открою. Оказывается, он был у немцев, и там, когда пошли немцы, неожиданно меня долбанули, и я вынужден был обстрелять два танка. ИС-3, ИС-2 – «Иосиф Сталин» – были тяжёлые машины. На них воевал уже. Два танка потерял, но они не сгорели, их только подбили, это было критическое положение. Почему? Мне могли прописать как бы преждевременное облегчение себе задачи. Ну а такого критического у меня в службе не было.